Вверх страницы
Вниз страницы

ЗНАКИ ИСПОЛНЕНИЯ ПРОРОЧЕСТВ

Объявление

ПРАВИЛА ФОРУМА размещены в ТЕХНИЧЕСКОМ РАЗДЕЛЕ: http://znaki.0pk.ru/viewtopic.php?id=541

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЗНАКИ ИСПОЛНЕНИЯ ПРОРОЧЕСТВ » История и сущность Православия » О Православии с любовью.


О Православии с любовью.

Сообщений 141 страница 160 из 269

141

РНЛ
Афонские истории отца
Савватия Ольга  Рожнева, Вера-Эском 11.07.2012 Далёкий
Афон, я никогда
не увижу тебя:
твоих таинственных гор и строгих монастырей, уединённых келий и калив, каменистых тропинок Карули и вершин Катунакии, не спущусь к синим волнам Эгейского моря, не проснусь от звука деревянной колотушки в паломнической гостинице - архондарике. Это особенное место - здесь люди не рождаются, они здесь живут, молятся и умирают, чтобы войти в Царство Небесное. Живут хоть и в теле, но монашеской - равноангельской - жизнью. И сам Афон гораздо ближе к небесам, чем к земле. Монашеская республика Афон недоступна для женщин. Но я могу услышать истории об Афоне своего первого духовного наставника - игумена Савватия. Закончилась трапеза в монастыре, прочитаны благодарственные молитвы. Сёстры снова присели и ждут, затаив дыхание. Отец Савватий внимательно оглядывает духовных чад: - Ну, что ж, спрашивайте... Выслушивает многочисленные вопросы и отвечает на них, а потом просто рассказывает: - На Афоне, как вы знаете, я был семь раз, жил и трудился там каждый раз в течение нескольких недель. Что такое Афон для меня? Трудно ответить односложно... Афон - это духовная школа, школа жёсткая... Долго жить бы там я не смог: это не моя мера подвига. Немощен духовно... Жить на Афоне - это вообще подвиг. Афон - не курорт, Афон - духовная лечебница. Там всё становится на свои места. Там человек получает такую духовную встряску! Теряет свою напыщенность и чувствует себя странником Божиим. Афон человека отрезвляет, и ты понимаешь, как ты должен жить и что ты должен делать. Отец Савватий улыбается: - Раньше, когда был духовным младенцем, ездил в обычные монастыри, по святым местам... Теперь же подрос немного - двадцать пять лет священником - и в первый класс духовной школы пошёл... От манной каши устал, ищу твёрдую пищу. А на Афоне как раз твёрдую пищу едят... Кому полезно побывать на Афоне? Священникам и монахам, в первую очередь... Получить духовную зарядку для пастырской деятельности. Ну, и мирянам полезно... Кому Божия Матерь открывает дорогу, тому и полезно... Если не будет воли Пресвятой Богородицы, то и президент не сможет прилететь. А какой-нибудь простой сельский батюшка- трудяга, у которого в бороде, может, солома с раннего утра, когда он своей коровке сена накосил, - так вот, этот самый сельский батюшка в старенькой рясе помолится Царице Небесной: «Пресвятая Богородица, помоги мне попасть на Афон!» - смотришь, и через месяц он на Афоне! Поэтому когда меня спрашивают, что нужно сделать, чтобы попасть на Афон, я отвечаю: «Молиться Пресвятой Богородице». Первая ночь на Афоне - Первый раз я оказался на Афоне в 2000 году. Меня тогда смущала мысль, что я духовник и строитель
женского монастыря. Хоть и построен был монастырь по благословению моего духовного отца, архимандрита Иоанна (Крестьянкина), хоть и предсказал его основание старец протоиерей Николай Рагозин, всё же мучили меня помыслы: «Что я здесь, на Митейной Горе, делаю? Моё ли это место? Может, бросить всё - этот женский монастырь, сестёр, этих бабушек - и уехать на Афон? Подвизаться там... Или просто в мужской монастырь уйти?» И вот - первая ночь на Афоне... Стою на службе. Три часа ночи. Вечером не удалось вздремнуть, так что больше суток без сна... Электричества в храме нет, горят свечи, идёт молитва. Душно, у меня голова закружилась, вышел в притвор, сел на скамеечку. Там было посвежее, с улицы тянуло прохладой, а звуки службы хорошо доносились из храма. Закрыл глаза и стал молиться. Вдруг слышу: шаркает ногами старенький схимонах, согбенный весь. Подошёл ближе, сел в углу притвора на каменное седалище, лица не видно, только борода белая и лик светлый - прямо в темноте светится. Перекрестился и негромко спрашивает: - Ты кто? - Иеромонах, - отвечаю. - Где служишь и сколько? - В женском монастыре, тринадцать лет. Спрашивал он, словно власть имеющий. И у меня сбилось дыхание, я понял, что в эту первую ночь на Афоне я услышу то, о чём молился долго перед поездкой: чтобы Господь и Пречистая открыли волю Свою о моём дальнейшем пути. И схимник сказал - так, как будто знал о смущающих меня помыслах, о том, что хочу я уйти из женского монастыря. Сказал кратко и предельно просто: - Вот где живёшь - там и живи. Никуда не уходи. Там и умереть должен. Донесёшь свой крест - и спасёшься. Молча встал и ушёл медленно, по-старчески шаркая ногами. А я сидел и думал, что ведь я ни о чём не вопрошал его, не пытался начать беседу. Вот так в первый день моего пребывания на Афоне Господь явил мне Свою волю. Афонские старцы - Там, на Афоне, такие старцы подвизаются... О некоторых и не знает ни одна живая душа... В кондаке службы афонским святым о подвижниках Святой Горы говорится: «Показавшие в ней житие ангельское»... Мне рассказывали, как в семидесятые годы группа наших священников приехала на Афон. Остановились в Свято-Пантелеимоновом монастыре. Пошли погулять по окрестностям, наткнулись на брошенный скит. Решили на следующий день послужить там Литургию, спросили у афонской братии про этот скит и получили ответ, что давно там никто не живёт и не служит. И вот начали там литургию и во время службы видят: ползёт в храм древний-древний старичок- монах. Такой старенький, что ходить давно не может, кое-как передвигается. Про него даже самые старые монахи Свято-Пантелеимонова монастыря не знали. Видимо, был он из дореволюционных ещё монахов. Приполз и говорит еле слышно: - Божия Матерь меня не обманула: обещала, что перед смертью я причащусь. Причастили его, и он умер прямо в храме. Как он жил? Чем питался? Причастился - и ушёл к Богу и Пресвятой Богородице, Которым молился всю жизнь. Пешком по Афону - После первой поездки на Афон и встречи с афонским старцем смущающие меня помыслы перейти в другой монастырь отошли. Прошло несколько лет... Какое-то время у нас в монастыре было спокойно. Но вообще в монашеской жизни полного покоя никогда не бывает. Если правильно подвизаться, вести духовную брань, то скорби и искушения - неотъемлемые спутники этой брани. Началась и у нас череда тяжёлых искушений, внутренних и внешних. Главное оружие в духовной битве - молитва. Мы, конечно, молились всем монастырём. Но, видно, наших слабых молитвенных сил было недостаточно и нам требовалась духовная поддержка. И меня благословили помолиться у афонских святынь - там, где небо ближе к земле, где идёт непрерывная молитва за весь мир. Раньше люди, вознося свои молитвы к Богу, давали какой-то обет: посетить святые места, какой-нибудь известный монастырь. Шли зачастую пешком, так, чтобы принести Господу свои труды. Мне тоже хотелось к своим молитвам о родном монастыре приложить какой-то труд, какую-то жертву. И когда я попросил благословения на такой труд, меня благословили с молитвой пройти пешком по Афону и в каждом монастыре, прикладываясь к святыням, молиться и просить о помощи. Страшные Карули - И вот, когда я шёл пешком по Афону, то побывал и на Карулях. Февраль. Дома, на Урале, снега лежат, вьюга метёт, а здесь, на Афоне, восемнадцать градусов тепла, сажают картошку и лук... «Карули» - катушка, подъёмное устройство, с помощью которого монахи-отшельники, не спускаясь со скалы, могли обменять у проплывавших мимо рыбаков своё рукоделье на продукты: рыбу, сухари, оливки. Карули, или Каруля, находятся в самой южной части Афонского полуострова, недалеко от Катунакий. Карули - это неприступные скалы, узкие тропки, пустые кельи, бывшие некогда пристанищем монахов-отшельников. В скалах - гнёзда ласточек, и сами жилища отшельников, прилепившиеся к этим скалам, похожи на гнёзда птиц. Есть Внешние Карули и Внутренние, или Страшные, названные так потому, что кельи монахов - прямо в скалах, подниматься туда и вообще передвигаться, держась за цепи и проволоку, опасно и просто страшно. Паром из Дафни достиг конечной остановки на Карулях, и я вышел один на бетонную пристань. Тропинка от пристани каменными ступенями поднималась в горы, и, поднявшись, я обнаружил остатки маленького храма - параклиса - и сгоревшей кельи жившего здесь знаменитого карулиота - схиархимандрита Стефана Сербского. Рядом была и пещера, в которой, как я знал, когда- то подвизался архимандрит Софроний (Сахаров), чадо афонского старца Силуана. Недалеко от сгоревшей кельи жили русские: иеромонах Илья и инок. Мы познакомились. Они жили здесь два года и успели застать в живых отца Стефана. Я читал о нём раньше, а теперь вот услышал об. о. Стефане от людей, которые знали его лично. Отец Стефан - Серб по происхождению, во время Второй мировой войны он был антифашистом. Рассказывал, как его вместе с другими бойцами Сопротивления арестовали и повели на расстрел. Отец Стефан дал обет Божией Матери, что, если останется в живых - уйдёт монахом на Афон. Когда стали стрелять, его будто подтолкнуло, и он побежал. Чувствовал, как пули обжигают спину, руки, щёку, не причиняя ему вреда. И немцы за ним не погнались, что тоже было чудом. После войны он принял постриг на Афоне и подвизался здесь без малого полвека. Знал несколько иностранных языков, писал духовные статьи, наставления. Отец Илья видел, как старец трудился на террасе и белоснежные голуби слетались и садились ему на плечи, а когда он заканчивал писать, голуби улетали. Как-то к отцу Илье приехал друг из России, и он повёл его к отцу Стефану благословиться. У почти восьмидесятилетнего старца глаза голубые, как небо; он много лет не мылся по обычаю афонских монахов, при этом никакого запаха не было. Предпочитал сухоядение: в карманах всегда была сухая вермишель, которую он ел сам и кормил ею птиц. На Благовещенье спускал со скалы в море сеточку и просил: «Божья Матерь, пошли мне рыбки!» Вытаскивал - и в сети всегда была рыба. Когда ремонтировал свою обветшавшую келью, друг привозил ему стройматериалы. У этого друга была дочка лет пяти, Деспина. И вот, когда старец нуждался в помощи друга, он выходил к морю и громко просил: «Деспина, скажи папе, чтобы он ко мне приехал, он мне нужен!» И девочка бежала к отцу: «Папа, тебя отец Стефан зовёт». Почему он не обращался с этой просьбой непосредственно к другу? Как знать, может, ребёнок по своей чистоте мог услышать духовный призыв лучше... Приехав, друг спрашивал: «Отец Стефан, ты меня действительно звал?» И старец отвечал: «Да, я просил Деспину передать тебе». Последнее время он немного юродствовал, прикрывая юродством свои духовные дары. Если приходили русские, отец Стефан пел «Подмосковные вечера». И вот когда гости пришли,
он спел им песню, а потом поставил на огонь чайник. Друг отца Ильи смотрел на отшельника недоверчиво: какой-то старичок, песни распевает - и это и есть старец-молитвенник?! Чайник был старый, закопчённый, без ручки - только рожок. Когда вода в чайнике закипела, отец Стефан взял его за бока обеими руками прямо с огня и стал спокойно разливать кипяток по кружкам. Оба гостя смотрели на это с ужасом: чайник был раскалённым. А старец не получил при этом никакого ожога. Отец Илья рассказал, что, когда Америка бомбила Сербию, старец горячо молился о своей родине. И скорбь так передавалась ему, что он испытывал сильнейшие духовные страдания. В это время и сгорела его келья. Были ли на то духовные причины? Мы можем только догадываться об этом. Когда же он переселился в пещеру, продолжая молиться о соотечественниках, погибающих в пламени взрывов, загорелась и пещера. Умер отец Стефан в Сербии. Перед смертью он вернулся на родину, в монастырь, где настоятельницей была его родственница, и почил на праздник Введения Пресвятой Богородицы во храм. И Та, Кому он молился столько лет, приняла его душу. Камушек из пещеры - Сгоревшая келья отца Стефана была пристроена к
пещере, где жил когда-то архимандрит Софроний Сахаров. А когда я поехал на Афон, одна инокиня, очень почитающая старца Силуана и отца Софрония, просила меня привезти из его пещеры хоть камушек. Я не знал, где эта пещера находится. Тогда эта просьба была для меня равносильна тому, что у меня попросили бы камушек с Марса. И вот я зашёл в ту самую пещеру. Там капала вода. Я поднял с земли камушек и понял, что только что исполнил просьбу инокини. Иеромонах Илья предложил мне переночевать в их
жилище. Место мне уступили у самого входа, предложили старое одеяло и даже старую рваную подушку. Я очень устал и был рад такой гостеприимной встрече. Приближалась ночь, и мы, помолившись, стали готовиться к ночлегу. Я лёг ногами вглубь пещеры, а головой ко входу, так что видел звёздное небо. Лежал и думал о том, что такой романтический ночлег напоминает детские походы в лес. Но скоро стало понятно, что с детскими походами ночлег на Афоне не имеет ничего общего. Я много слышал об афонских страхованиях, а здесь, на Карулях, испытал их на себе. Ночью начался шторм: море бушевало, сверху, со скал, сыпались камни, палки. Я очень хотел спать, но крепко заснуть не мог и находился в полузабытьи: чувствовал, как брызги от волн сыпались мне на голову и плечи, в полусне натягивал на голову одеяло. Навалились кошмары: мне казалось, что иноки составили заговор против меня и собираются меня убить, сбросить со скалы. Я изо всех сил старался проснуться, понимая, что это только страшный сон, но сознание опять отключалось и снова меня преследовали враги. Сквозь сон я услышал, как один из иноков прошёл мимо к выходу из пещеры и не вернулся назад, и страхи снова навалились: это сговор! Я весь дрожал от ужаса и чувствовал, как стучат мои зубы. Кошмарный бред, мучивший меня всю ночь, растаял с утренним солнцем. Буря стихла, и все страхования ушли. Оказалось, что у вышедшего из пещеры инока всю ночь болел зуб, он не мог спать и бродил у пещеры. Утром он ушёл в больницу. Второй инок предложил немного проводить меня. По пути он рассказал, как приезжали четверо паломников, решивших дойти до Внутренних Карулей. Переночевали, как и я, в пещере. Один из них весь вечер рассказывал о том, что он альпинист и предстоящая дорога нисколько не пугает его: сам пройдёт и друзей доведёт. Но когда они наутро дошли до спуска к тропе, ведущей во Внутренние Карули, решимость покинула альпиниста и он наотрез отказался продолжить дорогу. С ним развернулись назад и его друзья. По всей видимости, причины его страха были больше духовными, чем физическими. Хотя спуск на самом деле может испугать даже храбреца. Внутренние Карули - Мы дошли до места, где по цепи можно было спуститься на тропу. Внешние Карули закончились: каменистая тропа обрывалась на самом верху красной скалы, уходившей отвесно вниз, к морю. Мой проводник, попрощавшись, повернул обратно. Я остался один. Вниз спускалась цепь, конца которой из-за неровности скалы не было видно. И непонятно, сколько времени нужно спускаться по этой старой цепи, прижимаясь к горячей от солнца скале. Я помолился и встал на карульскую самодельную лестницу. Лестница гнилая, одна ступенька есть, а другой - нет. Спускаясь, смотрел вниз, нащупывал ботинком небольшие выступы, отполированные ногами карулиотов. Глазам открывалась пропасть, и сердце неровно частило, во рту пересохло: одно неверное движение - и сорвёшься вниз. Я знал, что там, под скалой, - бездонная впадина, пропасть глубиной в целый километр. О впадине рассказывали легенды: о страшном морском спруте, о морских рыбах-чудовищах с ужасной пастью, что обитают в неизведанной глубине Сингитского залива у Карульских скал. Начал молиться вслух и освободился от мыслей про морских чудовищ. Спуск, к моей большой радости, оказался не очень долгим - метров тридцать. И вот я уже стою на тропе, ведущей во Внутренние Карули. Восстанавливаю дыхание. Тропа представляет из себя небольшой выступ вдоль скалы, такую узенькую, сантиметров пятьдесят, террасу. На ней можно стоять, и даже обеими ногами. Я весь в красной пыли, руки и колени дрожат. В конце путешествия они будут сбиты в кровь. Если идти по тропе, то тебе будут встречаться тёмные отверстия, ведущие в пещерки. Здесь когда-то подвизались афонские отшельники. Сейчас Внутренние Карули опустели. Подвигов их прежних жителей современные монахи понести не могут, как духовные младенцы не могут понести трудов закалённых в духовной битве пустынников. Хотя время от времени сюда приходят те, кто хочет проверить свои духовные силы и примерить на себя жизнь отшельников-карулиотов. И я встретил одного из таких временных жителей Внутренних Карулей. Это тоже был русский паренёк, который представился послушником Сергием. Он поселился в одной из пещер и был рад встрече с соотечественником, хотя о себе ничего почти не рассказывал. Я и не пытался его расспрашивать: человек, который пришёл сюда помолиться в одиночестве, явно не нуждался в компании. Люди приходят на Карули для сугубой молитвы, для покаяния, иногда по обету. Меня уже предупредили, что попасть во Внутренние Карули может далеко не каждый: только тот, кого благословит Пресвятая Богородица. Поэтому долгой беседы мы не вели, хотя Сергий гостеприимно предложил мне трапезу. Тут же на выступе скалы приготовил макароны, заварил чай. Я поделился с ним своей тревогой и переживаниями за родную обитель, рассказал о благословении обойти с молитвой Афон. После трапезы почувствовал прилив сил и, сидя на уступе скалы, уже бодро осмотрелся вокруг. Подумал, что не такие уж страшные эти Страшные Карули, что можно и здесь жить и молиться. Помысл был горделивый и, видимо, потому что не прогнал его сразу, - последовало мгновенное искушение. На Афоне вообще духовные причины и следствия предельно кратки по времени. Господь попустил показать мне, с какими опасностями встречались отшельники Карулей: я почувствовал, что какая-то сила стала двигать меня к пропасти. До пропасти было около метра, и меня охватил ужас: сейчас эта недобрая сила сметёт меня вниз, как пылинку. Я упёрся ботинками в тропу, но моё движение к пропасти продолжалось: физическими силами нельзя противостоять духовному искушению. Начал громко читать Иисусову молитву и только тогда ощутил, что давление ослабло и постепенно прекратилось. Послушник, который был недалеко, занимаясь своими делами, услышал мою молитву, но ничего не спросил, понимающе кивнув головой. Видимо, он был знаком с подобным искушением. И я понял, что в Страшных Карулях можно жить и молиться, но не всем, а подвижникам, которые обрели смирение. Господь и Пресвятая Богородица допустили меня сюда, защищая и оберегая, как духовного младенца. А когда младенец принял гордый помысл, - попустили ему увидеть это путешествие в истинном свете. Когда приблизились сумерки, я попрощался с Сергием, который в считанные часы стал почти родным, - это свойство Афона сближать людей. Нужно было успеть до темноты вернуться назад, во Внешние Карули. Ноги подкашивались, когда дошёл до пещеры иноков, у которых оставил рюкзак и все свои вещи. Они встретили меня радостно. Скит Праведной Анны - Простился с иноками и, поднявшись выше в горы, нашёл тропу к скиту Святой Анны. Справа от тропы - гора, слева - крутой спуск, почти обрыв, и колючие кустарники. Вспоминая путь к Внутренним Карулям, расслабился: идти было сравнительно легко. Замечтался, любуясь зеленью, забыл о молитве и тут же чуть не поплатился за это: запнулся о камень и еле удержался от падения с
обрыва в колючий кустарник. Спас только посох: по афонским тропам обычно передвигаются с посохом. Собрался и пошёл дальше с молитвой - так, как и следует ходить по Афону. В скиту хранится святыня - стопа святой праведной Анны в серебряном ковчежце. Приложившись с молитвой,
почувствовал такую любовь, такое утешение и сердечное умиление, что захотелось,
вернувшись в родной монастырь, что-то сделать для матери Пресвятой Богородицы, принести ей какой-то дар. Через несколько лет это желание воплотилось: вырос рядом с нашим монастырём скит святой праведной Анны. И даже небольшая частица мощей святой появилась в скиту: она сама к нам пришла через благодетелей. Служба и весь распорядок дня в скиту проходят по афонскому уставу. Так что частица Афона теперь есть и у нас, в уральском монастыре. Келья пустынника - Когда я приехал в первый раз на Афон, мечтал найти келью какого-нибудь старца-пустынника и пообщаться с ним. Понимал, что мечта эта немного детская... И вот как-то раз, когда я остановился в русском монастыре Святого Пантелеимона, в свободное время решил прогуляться по окрестностям. Пошёл в сторону Дафни, и, немного отойдя от монастыря, слева от дороги обнаружил небольшую тропочку, почти заросшую кустарником. Подумал даже: человеческая ли это тропа или кабанья? Решил всё же попытаться пройти по ней. Тропинка резко поднималась в гору, маня меня вперёд, я то терял её, то снова находил. Местами она шла по камням, и я убедился, что она человеческая: стали видны потёртые ступени, выложенные руками её хозяина. Потом мне открылось небольшое плато с сильно заросшим оливковым садом. Сердце сильно забилось: может, сейчас я встречу старца- отшельника? Прошёл вглубь сада и увидел крохотную келью в одно окно и размером метра два на полтора. На двери краской плохо читаемая надпись по-русски: «Сия келья принадлежит иеромонаху...» Дальше не смог разобрать: было стёрто. Обошёл вокруг кельи, прислушался и понял: здесь давно никто не живёт. Прочитал молитву и открыл дверь. Обшарпанные стены, окно, деревянная лежанка из досок, в углу несколько икон - вот и вся обстановка кельи отшельника. Как он жил здесь один? Как подвизался? Молитвенник... Пусть не довелось с ним познакомиться, но я понимал, что он здесь жил и молился, и мне захотелось почтить его память и почтить ангела кельи. Достал из сумки свои иконки и стал читать акафист Великомученику Пантелеимону. Пришло чувство умиления. Дочитал до конца, и только тогда как будто вернулся в реальность. Понял, что солнце уже садится. На Афоне ночь наступает резко, и ночи очень тёмные. Поспешил обратно к дороге, уже еле различая тропку. Молился вслух - боялся заблудиться. Как только вышел с тропки на дорогу, опустилась полная тьма. Понял, что это не та автомобильная дорога, с которой я свернул на тропинку днём, а тоже тропа, правда, хорошо протоптанная. От неё отходили маленькие тропки, которые я чувствовал уже почти на ощупь. Я ковылял кое-как, испытывая сильный страх. Страх этот был скорее духовный: страхования на Афоне - дело обычное. В этих местах и днём сумрачно от зарослей, а теперь я спотыкался на каждом шагу о камни, которые не мог разглядеть под ногами. Взмолился великомученику Пантелеимону о помощи и тут же вышел на храм святого Митрофана Воронежского, Свято-Пантелеимонова монастыря. ...На следующий год я снова оказался в этих местах со своим другом, иеромонахом. Рассказал ему про келью отшельника, и мы решили сходить туда. Нашли полузаросшую тропу, плато с садом. Всё было каким-то чудесным: и воздух, полный свежести, и запах мёда от диких жёлтых нарциссов. На Афоне часто испытываешь чувство духовного умиления. А иногда бывает даже страшно ступать по камням: ведь по ним ступала Сама Пресвятая Богородица. Мы с трепетом открыли дверь кельи, вошли, и я сразу понял, что здесь уже кто-то побывал в этом году. И этот гость хозяйничал здесь какое-то время: от его пребывания осталось несколько глянцевых журналов эротического содержания. Я испытал сильное чувство гнева: как будто у меня на глазах осквернили святое место, где молился Богу подвижник-отшельник. Одновременно мы с другом
почувствовали сильное смущение, мы отворачивались друг от друга, прятали глаза. Может быть, такие же чувства испытывали когда- то братья Хама? Потом, не сговариваясь, подожгли журналы в старом ржавом ведре. Они не хотели гореть - бумага была плотная. Мы разорвали журналы и сожгли их дотла. И сразу почувствовали облегчение, как будто очистили келью. Помолились и молча пошли назад. Я шёл и думал: грязь заливает весь мир, и вот она уже проникает даже на Афон. Боже, милостив буди нам, грешным! А ещё через год я снова оказался в тех краях. Настойчиво пытался найти тропу в келью отшельника, но не смог: дорога туда полностью закрылась.

0

142

http://www.agion-oros.orthodoxy.ru/

Святая Гора Афон

0

143

http://s1.uploads.ru/t/aQ8Ss.jpg

+3

144

ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ

inok_arkadiy
24 августа, 1:33
Сегодня, 24 августа 2012 года, исполняется 10 лет со дня кончины протоиерея Николая Гурьянова – благочестивого старца, почитаемого всей православной Россией. Сотни паломников приехали сегодня на остров Залит, чтобы почтить память отца Николая, сообщает Псковское агентство информации. Николай Алексеевич Гурьянов родился 24 мая 1909 года в селе Чудские в Санкт- Петербургской епархии в благочестивой семье Гурьяновых. С детства Николай прислуживал в алтаре. В 1928 году будущий Старец окончил педагогический техникум, потом недолго учился в педагогическом институте, из которого был исключен за то, что на собрании высказался против закрытия одного из близлежащих храмов. Некоторое время после отчисления из ВУЗа Батюшка исполнял обязанности псаломщика в церкви поселка Ремда, а в 1929 году был репрессирован и отправлен в ссылку, которую проводил на Украине, в одной из деревень Киевской области. Здесь он был осужден вторично. Его отправили в Ленинградскую тюрьму, а оттуда – в Сыктывкар, в исправительно-трудовой лагерь. Выйдя из заключения в 1935 году, Николай работал учителем в школах Тосненского района, так как в Ленинградской прописке ему было отказано. Во время войны он не был мобилизован по причине болезни ног, которые повредил себе шпалами на работах в лагере. После того, как Тосненский район был оккупирован немецкими войсками, Николая вместе с другими жителями немцы угнали в Прибалтику. Здесь, в оккупации, он принимает сан диакона 8 февраля 1942 года в Христорождественском соборе г. Риги, а через неделю – 15 февраля, на праздник Сретения, – он был рукоположен во пресвитера в том же соборе экзархом Прибалтики митрополитом Сергием (Воскресенским). С 1943 года по 1958 годы отец Николай был настоятелем храма святителя Николая в селе Гегобросты Литовской ССР. В 1958 году Батюшку перевели в Псковскую епархию настоятелем храма святителя Николая на остров Залита. Здесь прошли 40 лет его пастырского служения. Скончался о.Николай 24 августа 2002 года.

http://inok-arkadiy.livejournal.com/247542.html

+1

145


Хороший человек которому бог открыл самую суть жизни.....

0

146

В Гродненской области Белоруссии краеведы обнаружили каменную икону (ФОТО)

ФОТО.
Уникальную находку обнаружили краеведы из Щучина. Группа энтузиастов уже не первый год занимается восстановлением истории авиации первых дней Великой отечественной войны.

Во время проверки одной из версий краеведы натолкнулись на необычный камень. Он был обработан и сверху просматривался высеченный крест. Когда камень перевернули, то с другой стороны обнаружили изображение – несколько фигур с поднятыми руками.

Историки, проанализировав находку, предположили, что это одна из первых каменных христианских икон, найденных в Беларуси. Вероятный сюжет иконы – это Матерь Божья Оранта. Ориентировочно это 17-18 века.

В одной из деревень в округе существует легенда, что когда-то на берегу Немана находился небольшой храм. Затем его либо разрушили, либо он сгорел. Сейчас специалисты занялись более глубоким изучением находки. После анализа изображения на камне, икону передадут в музей.

0

147

ЕСТЬ ТОЛЬКО ЖИЗНЬ ВО ХРИСТЕ! ОСТАЛЬНОЕ СУЕТА

http://inok-arkadiy.livejournal.com/264706.html
«Я никогда не видел такого атлета, как он, который дерется ради самого сражения», — так о Федоре Емельяненко высказался знаменитый боксер Майк Тайсон. Емельяненко — фигура и вправду парадоксальная: четырехкратный чемпион мира по смешанным единоборствам в тяжелом весе — а в разговоре тихий и скромный. Пришел на интервью — и подарил коробку конфет из Серафимо-Дивеевского монастыря. Недавно — летом 2012 года — он объявил об окончании спортивной карьеры. Какую роль в этом решении сыграла вера? Как сочетаются в спорте смирение и чемпионский титул? Какое место занимает злость — на ринге и в жизни? Что общего между боевыми искусствами и историями соловецких мучеников? Об этом и о многом другом Федор Емельяненко рассказал в интервью «Фоме».

Прикусить эмоции

— Во многих интервью Вы говорите, что во время боя не чувствуете агрессии по отношению к противнику…
Федор Владимирович Емельяненко, родился в 1976 году в Луганской области на Украине. Рос и начал заниматься спортом в городе Старый Оскол Белгородской области. Является четырёхкратным чемпионом мира по смешанным единоборствам в тяжёлом весе по версии Pride FC, двукратным — по версии RINGS, трёхкратным — по версии WAMMA, четырёхкратным чемпионом мира и пятикратным чемпионом России по боевому самбо, а также заслуженным мастером спорта по самбо и мастером спорта международного класса по дзюдо. В период с 2003 по 2010 годы Емельяненко всемирно признавался самыми известными спортивными СМИ (ESPN, Sherdog, Full Contact Fighter, MMA Weekly, Nokaut) лучшим бойцом ММА в тяжёлом весе.Женат, воспитывает трёх дочерей.

— Мне кажется, верующий человек по-другому просто не может.

И не только тот, кто занимается борьбой. Можно и ракеткой по воланчику бить с таким озлоблением, как будто за сеткой — твой личный враг.

— Но ведь есть же термин «спортивная злость». Она, как считается, помогает, мобилизует?

— Я совершенно с этим не согласен. «Спортивная злость» — это какая-то искусственная придумка, я не понимаю — о чем это? Спортивное терпение, преодоление себя, расширение своих возможностей — это да. Когда тебе кажется, что больше уже не можешь и сил не хватает, — взять и перешагнуть через себя, прикусить свои эмоции, усталость и все равно двигаться вперед. А злость — зачем это нужно? Она только мешает. Она затуманивает голову, человек не может трезво оценивать ситуацию, не может адекватно реагировать. Где-то нужно проявить осторожность, а человек ничего не замечает. Возникает желание отомстить, кинуться вперед, чтобы просто посильнее ударить, отыграться — но это ни к чему хорошему не ведет. Как правило, люди расплачиваются за это ошибками. Причем, на мой взгляд, это касается не только спорта, но и вообще отношений между людьми.

— Вы один из самых титулованных современных спортсменов, чемпион мира по смешанным единоборствам. Как все это сочетается для Вас с евангельским призывом быть последним, быть всем слугой?

— Если Господь поставил меня заниматься этим делом, значит, я должен делать его максимально хорошо. Если бы по профессии я был сварщиком, старался бы варить по высшему разряду. В спорте признак максимального результата — это победа. Она важна не сама по себе, это свидетельство того, что ты сделал все до конца. Ведь о нас, православных христианах, будут судить по нашим поступкам. Мы всё должны делать во славу Божию. А делать что-то во славу Божию спустя рукава мы не можем себе позволить.

— Но неужели большие победы не несут в себе опасности возгордиться?

— Несут. И неслучайно сегодня даже многие священники высказываются о большом спорте критически. Это оттого, что для некоторых спортсменов занятия спортом и победы и вправду всего лишь средство для удовлетворения собственных страстей и амбиций. Конечно, соблазн возгордиться своими успехами подстерегает каждого человека — и меня в том числе. Я всеми силами стараюсь этого не допускать. Есть только один способ бороться с этим: посвящать каждую победу Богу и своей стране.

В последнее время часто об этом задумываюсь и хотел бы обратиться к своим коллегам, среди которых есть много тех, кто и вправду служит в спорте не своим страстям, а своей стране. На нас, спортсменов, обращает внимание молодежь. Вспоминаю себя подростком: я внимательно следил за всеми выступлениями наших чемпионов по телевидению. И ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь из них сказал: «Слава Богу» или вообще каким-то образом о Боге заговорил. Все они, как правило, говорили только о себе, о своих достижениях и обидах. Собственное «я» стояло выше всего остального. Думаю, что если бы хотя бы один из них сказал однажды: «Я благодарен Богу за победу», многие мальчишки, их поклонники, в том числе и я сам, о чем-то задумались бы. Мышление молодых людей поменялось бы, они повернулись бы к Богу.

— А вам не показалось бы странным услышать о Боге от спортсмена?

— Думаю, нет. Молодым людям, которые всерьез занимаются спортом, легче прийти к Богу. Ведь и в вере, и в спорте большую роль играет воспитание. В спорте воспитывает тренер, и ты должен ему верить. После этого проще поверить священнику как духовному наставнику. Занимаясь в спортивной секции, люди учатся жить в коллективе, с уважением относиться друг к другу в самых сложных ситуациях. Надо уметь себе во многом отказывать. Когда сверстники бегут на улицу получать все радости жизни или часами сидят перед компьютером, ты — на тренировке, где из тебя выжимают десять потов. Потом ползешь домой — а там еще надо делать уроки. То есть ребята в спортивной секции уже с детства знают, что такое нести свой маленький подвиг.

— В одном интервью я прочитал Ваши наставления молодым спортсменам о том, что если даже противник сильнее физически, можно победить «православным духом». Как это выглядит на практике?

— Бывают схватки, в которых ты чувствуешь, что соперник подготовлен лучше, но в любом соревновании есть еще и духовная сторона… Вряд ли возможно объяснить это словами, тем более неверующему человеку. Но по себе точно знаю, что когда уповаешь на Бога, тебе все равно, какой перед тобой соперник — больше или меньше накачанный, выше или ниже, сильнее или слабее. Человек выходит на поединок с верой — побеждать.

— Воображаю себе молодых людей, которые поднимают железо в спортзале, и вдруг им говорят о победе «православным духом». Не возникнет у них желание покрутить пальцем у виска?

— Если бы я сам этого не испытал — они, наверное, почувствовали бы ложь в моих словах и покрутили бы пальцем у виска. Но я говорю о том, что знаю. То, что люди не могут увидеть, они воспринимают подсознательно. И если человек говорит искренне и от сердца, то у людей, которые его слышат, сомнений не остается. Даже если детали до конца не понятны — все равно. Есть известная фраза: чтобы стать верующим, иногда достаточно посмотреть в глаза другого верующего. Тут как раз об этом.

Зверь и человек

— В СМИ встречается информация о том, что Вы выступали за Санкт-Петербургский клуб «Red Devil Fighting Team» — несколько странно для православного верующего…

— Это не совсем так. Я всегда выступал только за клуб Святого Александра Невского города Старый Оскол Белгородской области. К «Red Devil Fighting Team» меня почему-то упорно приписывают журналисты. Видимо, потому что меня действительно приглашали за него выступать, но одна из причин, по которым это было невозможно, — как раз название. Мы много об этом разговаривали с руководителем клуба, я настаивал, чтобы название поменяли. Сначала меня не понимали, говорили, что публика уже привыкла. Но в итоге я сумел своих собеседников убедить. И теперь клуб в Санкт-Петербурге называется так же, как и мой родной клуб в Старом Осколе — Святого Александра Невского. Казалось бы, всего лишь название — но в клубе по-настоящему изменились и атмосфера, и принципы работы.

— А вас не смущает столь радикальная перемена? Получается, это так просто — взять и сделать из клуба в честь «красного дьявола» клуб в честь православного святого? Как будто ничего такого и не произошло и значительной разницы между ними нет — просто поменяли одно на другое…

— Могу говорить только за себя: я не вижу тут никакого противоречия. Да, смена радикальная. Но именно так все и должно меняться в жизни, когда человек обретает веру: тебя разворачивает на 180 градусов — либо ты со Христом, либо нет. Это именно радикальный выбор. Ты порываешь со своим прошлым — уверен, по-другому нельзя. Помните слова святого князя Владимира о своем крещении: «Я был зверь, а стал человек»? Это и про меня тоже. В моей жизни до прихода к вере все было далеко не идеально. Да, родители воспитывали стремление к добру, к тому, чтобы жить по нравственным законам,но одного воспитания недостаточно: человек все равно уходит в сторону. Один раз расслабился, другой, третий — и пошло-поехало. Выскочить из этого лично мне помогло посещение Серафимо-Дивеевского монастыря.

— Что же там произошло?

— Я участвовал в соревнованиях в Нижнем Новгороде, и меня пригласили в монастырь на экскурсию. По дороге в автобусе мы очень тепло общались с отцом Андреем Железняковым — протодиаконом из Нижегородской епархии. Он ни к чему не призывал, не агитировал. Просто рассказывал.

Особое впечатление на меня произвела экскурсия по монастырю. Монахиня рассказывала, как святые подвижники несли в этом монастыре свои подвиги. И вдруг в этих рассказах жития святых стали для меня как будто оживать. А потом приложился к мощам батюшки Серафима — и после этого все вопросы отпали. Что я почувствовал? Не знаю, как это описать словами. Я просто вдруг ощутил, что Бог есть и что каждую секунду своей жизни проживаю перед Ним.

— Вы завершили спортивную карьеру и у Вас, должно быть, высвобождается свободное время. Вы рассматриваете его как ресурс для того, чтобы глубже погружаться в церковную жизнь?

— Тут я с Вами не согласен. Нельзя жить так, что сейчас ты — спортсмен, а потом, когда свободного времени будет больше, станешь христианином. Невозможно составить такой «график». Веру в Бога нельзя отложить на потом, иначе это просто — не вера. Жизнь во Христе — прежде всего, потом все остальное. Вернее, даже такая расстановка приоритетов — не совсем то. Иногда меня спрашивают, как удается совмещать веру и жизнь. Но их ведь невозможно «совмещать», потому что они не разделены. Верой можно просто жить. Ведь по нашей вере и нашим поступкам будут судить о том, кто такие православные христиане.

А судьи кто?

— Какие процессы, происходящие в Церкви сегодня, Вас радуют, а какие тревожат?

— Знаете, для меня такого вопроса вообще не стоит. Я просто знаю, что наша вера — истинная, и обретаю ее в Русской Православной Церкви. И я не тот человек, чтобы судить кого-то, чтобы радоваться каким-то «процессам» или огорчаться по их поводу. Я часть Церкви — такой, какая она есть. Если какой-то церковный человек делает что-то, по моему мнению, не так, за него нужно молиться. Сейчас многие осуждают священников. Мне кажется, этого ни в коем случае нельзя делать. Об этом сказано в Евангелии от Матфея: Кто принимает пророка, во имя пророка, получит награду пророка (Мф. 10:41 — Ред.). А когда человек заходит в храм, чтобы указать, что батюшка такой-сякой — зачем это? Это многое говорит о самих критиках. Значит, они не внутрь себя смотрят, не со своими страстями борются, а упражняются в том, как бы найти побольше соринок в глазу другого. Но Русская Православная Церковь — это все мы, верующие. Это странно, когда ты — православный христианин, но при этом смотришь на Церковь «со стороны». Нет, ты сам — часть Церкви. И все, что ее касается, ты принимаешь на себя.

Но ведь человек может отделять себя не от Церкви вообще, а конкретно от священноначалия…

— Сегодня в СМИ много говорят о Святейшем Патриархе Кирилле — и плохого, и хорошего. Но для меня Патриарх — фигура необсуждаемая. Он больше всех нас предстоит перед Богом. Люди, которые осуждают священноначалие, на мой взгляд, просто забывают о том, что всё — в руках Божьих, даже не в руках Патриарха. Он старается наставлять нас в вере. Все реагируют по-разному. Тот, кто не хочет бороться со своими грехами, — злится и ругается. Но это нормально. Ведь даже самого Христа, когда Он ходил по земле, приняли далеко не все…

Испытания и «испытания»

— За всю карьеру у Вас было всего четыре поражения, причем три из них — подряд. Вера в таких ситуациях помогает?

— Я не могу Вам ответить: «Вера помогает, когда терпишь поражение». Разве есть какие-то другие ситуации, в которых вера помогать не должна? Так не бывает. Я не могу разделить свои поступки на те, что «с Богом» и «без Бога». Если я верующий, вера всегда со мной.

— И тем не менее. Когда у верующего случается неудача, он может сказать сам себе: «На все воля Божья, мне это послано, значит, сейчас так надо». А неверующий смотрит и говорит: «Все это глупости и самооправдание. Ничего тебе такого не послано, просто ты сам то-то и то-то сделал не так»…

— Да, мне это знакомо. Я был в подобной ситуации много раз. Но уверен, что славить Бога надо не только за победы, но и за поражения. За тяжелые ситуации, за потери. Святитель Иоанн Златоуст провел последние годы жизни в гонениях, и тем не менее его предсмертными словами стали: «Слава Богу за все». Меня потряс фильм об узниках Соловецкого лагеря — святые подвижники терпели там такие муки, что нам и представить сложно, — и все равно славили Бога. Это не какое-то поражение в какой-то схватке, это половина жизни, долгие годы, холод, голод и зачастую мученическая смерть. И за все это они благодарили Бога. Так и мы должны! Мы ничем не отличаемся от этих людей! Только нам проще. Наши «испытания» по сравнению с их испытаниями — ничто. Я знаю и чувствую, что Господь действует в нашей жизни не только, когда все хорошо, но и тогда, когда все плохо, вернее, это нам кажется, что все плохо. А на самом деле… Ведь все эти схватки, соревнования, бои, победы, поражения — все это такая мелочь по сравнению с тем, что Бог — рядом с тобой.

— Мелочь?! А зрителям кажется, что бои — вся Ваша жизнь.

— Это не так. Если бы бои были для меня всей жизнью, я бы до сих пор не завершал спортивную карьеру. Сейчас поступает много разных предложений — одно лучше другого. Но все это суета. Есть только жизнь во Христе. Есть семья — малая Церковь, которая гораздо дороже спорта. И никакие соревнования не встанут с этим наравне.

+3

148

Послушайте херувимскую.
Душа с телом растается...

http://predanie.ru/muz/pesnppenija-rus- … roparyevo/

+2

149

Царице Мати Дево, Руно всех покрывающее, Радуйся Невесто Неневестная. Превысшая Небесных Сил, Нетварное Сияние.

послушайте тоже!

+2

150

Путешествие на вершину Святой горы Афона.mp4

+1

151

http://s2.uploads.ru/t/jR7FE.jpg
http://s3.uploads.ru/t/i7QVF.jpg
http://s2.uploads.ru/t/MwqXs.jpg
http://s2.uploads.ru/t/D6cqZ.jpg
http://s3.uploads.ru/t/2QmWC.jpg
http://s2.uploads.ru/t/wjOeE.jpg

+3

152

Обращение благочинного Восточной Канады протоиерея Владимира Мальченко к архиереям Зарубежной Церкви накануне Архиерейского Собора в Москве

В редакцию «Благодатного Огня» обратился благочинный Восточной Канады митрофорный протоиерей Владимир Мальченко с просьбой опубликовать его обращение к архиереям Зарубежной Церкви накануне Архиерейского Собора 2013 года в Москве.

Высокопреосвященнейшие Владыки!
Благословите!
Только что вернулся с Рождественских Чтений из Москвы, где я узнал о большой печали и тревоге священников и мирян по поводу недавней деканонизации 36 святых новомучеников Российских. Эта печальная новость бросила черную пелену на всю деятельность этих чтений, и теперь вся надежда на Вас, архиереев Зарубежной Церкви и на верных архиереев Русской Церкви, разобраться в этом вопросе деканонизации новомучеников и сделать соборное, мудрое, каноническое, церковное решение этого вопроса.

За исключением св. Анны Кашинской, насколько мне известно, такого явления еще не было в Русской Церкви, и вдруг, без ведома Собора Русской Церкви, без участия комиссии по вопросу прославления новомучеников, тайком была совершена эта деканонизация. Как можно было совершить такое дело без соборного решения Церкви? Кто следующий к деканонизации? Можно ли верить каким-то новым документам из КГБ?

Народ и священнослужители в России (у нас об этом, как правило, ещё никто ничего не знает) очень возмущены этим актом деканонизации и полным отсутствием толковых, авторитетных объяснений. Если выступление сатанинских девиц в Храме Христа Спасителя было атакой на Церковь со вне и является, по выражению Патриарха Кирилла, «укусом комара», то деканонизация некоторых новомучеников является, по моим наблюдениям, катастрофой и землетрясением, исходящим изнутри самой Церкви.

Патриарх Кирилл, видя большое возмущение присутствующих на Соборе 2009 г., на котором его избрали, обещал, что ничего в Церкви он не собирается менять. И что же мы видим за 4 года его руководства: попытка русификации церковнославянского языка, дружественное отношение к католикам, сближение с властями, стремление к бизнесу, и теперь – деканонизация некоторых новомучеников.

Верующие в России все чаще и чаще мне говорят, как им трудно ходить в ТАКУЮ церковь.

Я не знаю, как мы переживем эту последнюю атаку на Церковь, когда наши прихожане узнают об этом? Но ведь мы обязаны им об этом сказать!

Всегда мне приходилось слышать от верующих и священнослужителей в России, что они надеются на Зарубежную Церковь и на ее стойкость в вопросах веры, ибо чувствуют, куда руководство МП идет. Смиренно прошу – стойте на стражe соблюдений священных Традиций нашей Русской Церкви.

Русский народ в России и за границей смотрит на Вас с большой надеждой!

   
Прошу Ваших святых молитв!
Бог Вам в помощь!
Протоиерей Владимир Мальченко,
город Торонто.
31 января 2013 г.

От редакции журнала "Православный огонь": Напомним, что несколько месяцев назад многие заметили отсутствие в списке имен новомучеников, помещенном в Православном церковном календаре на 2013 год, опубликованном Издательским советом Московской Патриархии, ряда имен, указанных в прежнем календаре.

Как сообщил секретарь Синодальной комиссии по канонизации святых игумен Дамаскин (Орловский) в ходе конференции «Прославление и почитание святых», прошедшей в рамках Рождественских чтений, список имен новомучеников в официальном календаре Русской Православной Церкви публикуется в том виде, в котором его утвердил Святейший Патриарх Кирилл. «Архиерейским собором 2011 года нашей комиссии было дано поручение: разработать полный список новомучеников, с указанием фамилии каждого, места его служения, места смерти и так далее. Это очень важно было сделать, потому что до этого они числились в нашем календаре только под именами, а точные данные читателю приходилось каждый раз выяснять отдельно. Мы подготовили этот список (исправили там заодно много ошибок – они там были и в датах, и в именах), и передали его на рассмотрение Святейшего Патриарха. Святейший Патриарх ознакомился с этим списком и принял решение передать его в Издательский отдел Московской Патриархии таким, каким мы его теперь видим. Тот календарь, который мы теперь имеем, является церковным документом, который благословил Святейший Патриарх Кирилл», – ответил игумен Дамаскин на поступивший из зала вопрос о разночтениях в календарях 2012 и 2013 года.

«Мы имеем новый, исправленный церковный календарь. Если мы люди церковные и понимаем, что такое церковная иерархия, то мы должны воспринимать этот новый календарь как тот церковный документ, которым мы должны руководствоваться», – подчеркнул игумен Дамаскин.
http://www.blagogon.ru/news/237/

Так и хочется спросить - а что же такое церковная иерархия? Непогрешимые папы Римские? Или люди, имеющие сан и ответственные за паству? Господа, владеющие паствой или пастухи, которые дадут ответ Господину?

0

153

«С их слов надо успевать писать»
Из воспоминаний 100-летнего монаха и 87-летнего священника

6-го февраля на восемьдесят седьмом году жизни отошел ко Господу один из самых заслуженных и любимых священников Пермской епархии –  протоиерей Борис Бартов. Предлагаем вспомнить статью о нем, в октябре 2012 опубликованную на нашем портале.

На прошлой неделе срочно пришлось выехать в Кунгур по делам Комиссии по канонизации. Недавно в пригороде, в Каширском храме, было найдено захоронение, как предполагают, настоятеля – отца Михаила Покровского, пострадавшего в 30-е годы. Обстоятельства этого дела предстоит выяснить. Но была и личная причина – хотелось увидеть двоих людей: отца Бориса Бартова и отца Никона (Букирева). Отцу Борису – восемьдесят семь, отцу Никону в июле этого года исполнилось сто лет. Более полувека отдано служению Православной Церкви. По рассказам я уже знала о них как о людях доступных и чрезвычайно скромных. Знакомые торопили: о них и с их слов надо успевать писать, пока они здесь с нами.

Отец Борис Бартов: «…Я навсегда остался в Церкви»

http://s3.uploads.ru/t/Xoj54.jpg

Вечер, конец недели, есть время до службы. Сидим в маленькой комнате-келье с отцом Борисом и матушкой Марией. На порожке, уткнув подбородок в колени, Дима – студент Пермского Политехнического университета, внук батюшки и мой «сопровождающий». Лампадка в святом углу, мерцание икон и среди них одна, – ее отец Борис выделяет особенно, – простой образок Пресвятой Богородицы. Семейная «реликвия». Мама отца Бориса девушкой привезла эту иконочку из Белогорского монастыря еще до его разорения и закрытия. С этим родительским «благословением» он прошел войну.

Спрашиваю, как и при каких обстоятельствах батюшка пришел в Церковь и выбрал духовное служение, предвкушая рассказ о том, как благочестивая семья сберегла веру среди гонений. А в ответ – другое. Отец Борис говорит размеренно, не торопясь, с перерывами, и рассказ выстраивается какой-то совсем «не житийный». Оказывается, его мама была верующей, но в тайне от отца. До войны даже икону боялась дома повесить – хранила в сундуке. Отец не дозволял привить ребенку и начальные понятия о вере, опасаясь «раздвоения» сознания: в школе одно, дома другое. Борис, хоть и был крещен в младенчестве, рос как все, пионером среди обычных для мальчишек его возраста увлечений: каток, кино и еще радость – игра на балалайке в храме городка Суксун, обращенном в клуб.

Семья несколько раз переезжала, и, благодаря этому, батюшка помнит условия жизни и в городе, и в деревне. Предвоенное время запомнилось ему техническими «прорывами»: первые автомобили, авиация, полеты Чкалова… И где-то на периферии, не главным сюжетом, прошла судьба деда – Андрея Николаевича Водопьянова, который был когда-то регентом церковного хора, разносторонним и глубоко верующим человеком, прекрасным знатоком церковного устава. «Не ко времени» пришелся этот человек. В 30-е, после убийства Кирова, Андрей Николаевич попал под «волну» за «антисоветскую агитацию»: в 31-м его «раскулачили», а в 35-м дали несколько лет исправительно-трудовых лагерей. Был человек и «выбыл».

До войны, рассказывает отец Борис, семья жила трудно. Запомнился страшный голод 32-33 годов, когда хлеба было не купить. Случалось, что люди падали прямо на улицах. Многие покидали колхоз, не выдерживая голода, рабочей «нормы» и дополнительного пресса – в то время деревенскую молодежь часто отправляли на лесозаготовки. Последнее «новшество» касалось и духовенства. С детства в памяти осталась картина: зимой священников на санях вывозят на общественные работы, а народ молча толпится вокруг – провожает.

И все же молодость брала свое: для нового поколения это было время веры в идеалы «братства» и «равенства». Даже когда в Кунгуре закрывали храмы, Успенский, Тихвинский, а потом крушили Богоявленский собор на площади, это не всеми воспринималось как трагедия…

Окончив семилетку, Борис Бартов поступил в машиностроительный техникум, и вот тогда, почти перед самым началом войны, произошла его встреча с Богом. В 1940-м году из заключения вернулся дед, Андрей Николаевич, и понемногу стал приносить внуку религиозную литературу. Первой книгой, которая оказалась в руках у Бориса, были «Жития святых» за январь. По словам отца Бориса, это было что-то таинственное, но узнаваемое и родное. Душа отзывалась, будто ждала этого давно. В остальном все оставалось по-прежнему, и только в начале войны, в 1942-м году, мать предложила ему однажды пойти в церковь, не посвящая в это отца.

В Кунгуре храмы были тогда закрыты, и надо было ехать в деревню Шубино в двенадцати километрах от города. Из дома удалось ускользнуть пораньше, сославшись на то, что не готовы чертежи и надо спозаранку быть в техникуме. Конспиративно спрятав рейсшину и ватман на сеновале, отправился в путь. Свой первый приход в церковь отец Борис помнит до деталей, как чудо Богоявления. Еще у входа его поразили нищие. Это были совсем другие люди, чем те, которых можно увидеть теперь: странники, настоящие юродивые ради Христа, смиренные и глубоко верующие. Они сидели с молитвой и пели кантики. И вот юноша тихо входит в храм, а навстречу размеренно и благоговейно, волной плывет: «Во Царствии Твоем помяни нас, Господи…» Первое впечатление от службы батюшка сравнивает с тем чувством, что испытали послы Князя Владимира за богослужением в Царьграде: «Мы не знали, где мы находимся, на земле или на Небе?»

«С тех пор, – говорит отец Борис, – я навсегда остался в Церкви». Но впереди была война, призыв, обучение в военной школе и год на фронте. А в общей сложности – восемь лет в армии: по окончании войны в условиях, когда призывать было почти некого, служить пришлось еще пять лет. Батюшка говорит о пережитом с чувством благодарности: «Господь меня сохранил. Если бы я родился сразу после свадьбы родителей, то попал бы в самое жерло войны. А так получил “отсрочку”, да еще полтора года – в Лугинской школе ВВС КА в Кургане…»

От опасности он не скрывался, но Промыслом было устроено так, что служить ему пришлось механиком в авиации, хотя на войне нет «безопасных мест», и на аэродроме военнослужащие погибали во время налетов немецкой авиации, да и до того испытаний было достаточно. Особенно тяжелой выдалась зима 1943 года, когда их, курсантов, выводили на расчистку железнодорожных путей. Холод, голод, а из одежды – шинель да ботинки.

На войне, в период обучения, ему впервые довелось открыть Евангелие. В деревне, в глубинке, женщина, угадавшая в нем верующего, предложила ему почитать из Писания, и каждое слово поражало, запечатлевалось в памяти и укрепляло надеждой на помощь Божию.

Батюшка прерывает речь, перебирает в памяти эпизоды военного времени. Из тех впечатлений самым значительным была, пожалуй, трагедия под Старой Руссой, произошедшая во время их с товарищами первой командировки на фронт. События порой отбрасывают «тени». Накануне у многих его товарищей было предчувствие – летчики прощались друг с другом со слезами, а на следующий день наша эскадрилья, состоявшая из тяжелых самолетов «Ил-2», почему-то оказалась без прикрытия истребителей «Аэрокобра», и немецкие «фокке-вульфы» перебили все самолеты. Отец Борис был в караульных. До сих пор перед глазами та картина – мертвая тишина, пустой аэродром…

Дважды, когда уже служил в звании сержанта, он оказывался «на волосок» от смерти. В мае 1944-го ночью над аэродромом неподалеку от Чернигова внезапно появились два немецких самолета: от взрывов световых авиабомб стало светло как днем. Пока не прекратился грохот, он молился и читал 90-й Псалом. Позднее еще раз попал под обстрел под Минском, когда возвращался на аэродром из штаба. В тот раз пришлось бежать через открытое поле в гору. И снова – только свист пуль и 90-й Псалом…

Последующие годы были подготовкой к духовному служению. Все приходило как-то само: то достанется редкость по тем временам – «Журнал Московской Патриархии», – то в краткий период отпуска, в Кунгуре, доведется встретиться с игуменом Кукшей из Киевского монастыря[1], и получить его благословение. Но самым большим счастьем было купить в Полесье у какой-то старушки Евангелие; с тех пор он читал его постоянно.

В те годы Борис, набравшись смелости, написал письмо Патриарху Алексию I о своем желании поступить в семинарию или в монастырь, и получил ответ: «По окончании службы все возможно. Бог благословит».

Перед самым окончанием службы на Украине батюшка познакомился со своей будущей женой – Марией Пиница. Обвенчались они еще до возвращения домой, в Кунгур, в Ильинском храме неподалеку от Троице-Сергиевой лавры. Из армии он вернулся с оформившимся желанием посвятить себя служению у Престола.

Прошу батюшку рассказать подробнее о том времени. Как он решился принять сан, ведь наверняка были трудности и препятствия? На это отец Борис отвечает так: «У каждого времени свои трудности. В те годы и после, при Хрущеве, надо было знать, что и кому можно сказать». И тут же добавляет: «Конечно, обстановка в стране и в епархии была сложной. Молодых священников не было, служили старики. Большинство вернулись из мест заключения».

Желание его исполнилось тогда, однако, не сразу. Несколько месяцев работал слесарем на Машзаводе, и только в декабре 1950 года Владыка Иоанн (Лавриненко), видя постоянство его желания, после испытания рукоположил его в диакона, а в сентябре 1951 года – в сан священника. В те годы случай рукоположения молодого человека был редкостью, отец Борис был первым молодым священником в епархии. За несколько месяцев до него в дьяконский чин был рукоположен отец Андрей Мазур, ныне архидиакон Патриарха.

Пользуясь паузой, уточняю, чувствовалось ли изменение обстановки при наступлении хрущевской «оттепели» и имел ли кто-то из священников для отца Бориса особенное значение в годы его становления как пастыря? Батюшка повторяет: «Надо было знать, кому и что можно сказать». Хрущевская оттепель – время «бескровных» гонений, имевших целью как можно скорее покончить с религией. Были и «осведомы», и приходская реформа 1961 г., и открытое вмешательство во внутреннюю жизнь Церкви, а еще публичные отречения – не все выдерживали тот натиск, – было и снятие священников с «регистрации», и разоблачительные фельетоны в местных газетах. «А из духовенства, – говорит отец Борис – наибольшее значение для меня имели Владыка Иоанн (Лавриненко) – образец истинного пастыря и архиерея, и отец Григорий Ахидов. Отец Григорий сам прошел лагеря и пользовался огромным авторитетов в епархии. Служил он в храме Святителя Николая в селе Кольцово. По всем сложным вопросам, например, когда приходилось лавировать между поручениями архиерея и давлением уполномоченного, обращался к нему, к отцу Григорию. Он – мой духовный отец».

Отец Борис и отец Никон

http://s3.uploads.ru/t/0bCxA.jpg

Помолчав немного, вспоминает случай, характеризующий обстановку тех лет: «…Мне ведь однажды присвоили звание “Почетный гражданин города”, и знаете как? Этому посодействовала одна женщина. Оказывается в те трудные для Церкви годы она по заданию ходила в храм и слушала мои проповеди, а потом все передавала в “отчетах”. Прошло немало времени, и память о прошлом стала ее тяготить. И тогда, во искупление своего греха, она собрала две тысячи подписей для того, чтобы мне было присвоено это звание».

О том, что пришлось пережить самому, отец Борис не рассказывает подробно, лишь в общем. Были и переводы с места на место, и «рапорты» от сослуживцев. Кое-что со слов батюшки уже записано его внуком Андреем, и, может быть, когда-то книга воспоминаний отца Бориса Бартова увидит свет[2].

В заключении спрашиваю у отца Бориса, что важно для нас и для молодых священников сегодня? Чем держаться, когда нет рядом духоносных старцев, таких, как преподобный Кукша Одесский? «Молитва, – отвечает батюшка, – нам остается молитва. А для священников… Надо больше всего опасаться мира, приверженности благам и духу мира сего. Это закон на все времена. Иоанн Кронштадтский – вот наш идеал, то, к чему должны стремиться священники и миряне по силам тоже» .

По окончании беседы отец Борис благословляет нас с Димой, провожает до калитки, крестит вслед. В воскресение мы увидимся еще раз на Литургии в Преображенском храме. Батюшка до сих пор служит по праздникам и по воскресным дням. Ловлю себя на том, что главным после этой встречи останется впечатление «обычности», касается ли это службы в военное время или выбора духовного пути в период гонений на Церковь. Все просто и скромно, а над семьей явное Божие благословение. Среди детей и внуков отца Бориса Бартова – священники, служители храмов, регенты, иконописцы, выпускники Семинарий и Духовной Академии. Для них и для жителей Кунгура он – духовный отец, близкий, сопричастный ко всему, что происходит вокруг. А, между тем, нас ждет еще одна встреча.

Отец Никон

http://s3.uploads.ru/t/mYfpr.jpg

…Честно говоря, сначала я усомнилась. Ну, бывает, есть долгожители и среди монахов, но при упоминании о столетнем старце невольно представила себе тихого недвижимого молитвенника. А мне в ответ: «Да нет, слава Богу! Служит отец Никон. Теперь, конечно, сил у него поменьше, чем раньше. До девяноста лет он каждый день поднимался на колокольню, звонил, а теперь два дня в неделю у него все же законный выходной. А так ничего, по-прежнему, алтарничает. Да вы и сами увидите».

В субботу мы с певчими едем к вечерней во Всехсвятский храм на кладбище. Вот у поворота, показывают мне, домик отца Никона. Сейчас при батюшке есть «келейник». Одного его не оставляют – возраст, давление. Надо, чтобы кто-то проследил: и приготовить, и вовремя дать лекарства.

Отмечаю про себя, что в Кунгуре об отце Никоне даже молодые говорят негромко, с особым уважением, избегая при этом суесловия и ненужных эпитетов: «Он более полувека служит при этом храме. До последних лет бессменно, каждый день. В любую погоду. Кажется, нет ни одной вещи, которой не коснулась бы его рука: и киот поправит, и иконы протрет, и вымоет все до блеска; и столяр, и резчик, и слесарь, и золотник».

Есть шанс увидеть отца Никона до службы. Поджидаю его в притворе, но что-то не видно. Уж не приболел ли? Вот уж и часы, начинается служба…И тут из боковой двери алтаря появляется маленького росточка согбенный старичок – иподиакон в белом стихаре и мягких суконных сапожках на толстой подошве. Двигается он точно и собранно: выходит со свечей, подает кадило. Он незаменим и почти незаметен. Ничего лишнего, и, кажется, собранность его передается и священнику, и непривычно молодому клиросу. В каждую минуту чувствуешь: здесь служба, истинное неразвлекаемое богослужение, где все, как надо, все на своем месте. А ведь это обычный и притом не самый наполненный храм. Стоит он на окраине, и с наружной стороны не так благолепен, как частично уже отреставрированные центральные городские – Никольский, Тихвинский и Преображенский.

На полиелее встречаюсь глазами с отцом Никоном. Взгляд проницательный, ясный – новое лицо приметил. После службы едва его не пропустила, двигается отец Никон быстро, времени не теряет. Вот только, как и предупреждали, почти ничего не слышит. После нескольких отчаянных попыток, моих   – дозваться, а его – расслышать, батюшка устало выдыхает: «Я не чую-у-у, что она мне говорит!», и, вскидывая на меня свои детской чистоты глаза, просит: «Напиши мне что-нибудь». Подала записочку. Попросила помолиться и набросала несколько вопросов без особой надежды на ответ. Отец Никон сунул ее в карман, надел поглубже «заслуженную» мохнатую шапку-ушанку и вышел под дождь. Ребята-певчие заверили, что ответ будет, в этом можно не сомневаться. Батюшка исполнит все самым добросовестным образом. Так и вышло. В воскресение получила его обстоятельное «интервью», написанное со всей возможной аккуратностью.

http://s2.uploads.ru/t/5ZNHd.jpg

Отец Никон служит
В этом году 16 июля отцу Никону исполнилось сто лет. В миру звали его Николаем Андреевичем. До войны он трудился в Кунгуре на Машзаводе. Призван был в 1942-м и, после положенной подготовки, отправлен на фронт, в Калининскую область. Служил минометчиком. Отец Никон не упустил – написал и об особо памятном, – о первом своем наступлении, 28 ноября, через пять дней с момента прибытия в часть. До сих пор помнит, как перед самым боем у деревни Ванино ходил в разведку, хотя их командир солдат берег – велел оставаться в траншее, и как во время разведки «душей изошел» за товарищей, когда оценил положение. Вспоминает тот тяжелый бой: «Сидим мы в траншее. Снаряды рвутся. По нам – земной разорвался. Двоих – троих убило, а я голову преклонил. Видел, как через меня пролетел осколок и убил товарища. Мне другой попал в локоть. Два месяца пробыл в госпитале, и опять на фронт».

Одно время пришлось ему быть при полевой кухне. Помнит, как в это время открылась стрельба и он, не успев укрыться вместе с остальными, спрятался в большом здании, а немцы открыли огонь именно с той стороны. И пока вокруг все гремело и рвалось, он читал Евангелие, которое было у него под рукой постоянно. Вдруг совсем рядом со страшным грохотом обвалился карниз, а его только пылью обсыпало. Бог сохранил.

Отец Никон дошел до Германии, домой вернулся в ноябре 1945-го. Снова пришел на завод, а в 1960-м, как пишет, «поступил пономарем в етот храм».

Спросила, между прочим, кто из священников имел для него особенное значение? – Батюшка назвал игумена Иоанникия (Лихачева). Об отце Иоанникии уже приходилось слышать от архивистов. Это священник, чье следственное дело выделяется на фоне других дел середины 30-х годов: он не признавал вины и не называл никаких имен, никого не выдал и не подвел.

После долгих лет службы при храме, в апреле 1997 года, Николай Андреевич Букирев принял монашество с именем Никон.

В самом конце развернутого ответа, – сколько же времени и сил он потратил, чтобы все изложить, – приписка: «О здравии буду поминать. Рабы Божии сестры, помолитесь за меня, грешнаго Никона».

* * *

…В воскресение – в обратный путь. Дорога из Кунгура занимает часа полтора. По пути размышляю о том, что пришлось увидеть и услышать. Сейчас много и не случайно, в общем-то, говорят о патриотизме и о сохранении нашей «идентичности» через веру, а тут, удивительно, ни единого слова! Наверное, это черта поколения. О значимом они не говорят – они проживают. Один белый священник, другой монах, но обстоятельства их жизни сходны в главном; оба принадлежат к поколению войны, и именно к той его части, которая верила, что после кровопролития, жестокости и гонений за веру должен наступить просвет, как верил в наступление «эры милосердия» скромный и немногоречивый герой известного романа братьев Вайнеров. И даже если наступление «эры милосердия» почему-то отложится, и придется пройти большую часть пути среди сетей и злобы мира, это самое великое изменение должно совершиться в душе по слову Спасителя: «Приходящего ко Мне не изжену вон».

Автор выражает благодарность внуку отца Бориса Бартова – Андрею Васильевичу Бартову за консультацию и за возможность ознакомиться с рукописным вариантом воспоминаний о. Бориса.
Мария Дегтярева

31 октября 2012 года

http://www.pravoslavie.ru/put/57128.htm

+1

154

Священномученики иереи Михаил Пятаев и Иоанн Куминов
15 февраля (28 февраля)

Священномученики иереи Михаил Пятаев и Иоанн Куминов приняли священный сан в годы гонения на Православную Церковь. Их не устрашило, что на их глазах безбожные власти жестоко расправлялись с верующими. Отец Михаил служил в Омском кафедральном соборе в 1917-1918 годы. У него была многочисленная семья из 8-ми детей. После ареста священномученика епископа Сильвестра (Ольшевского), батюшку отправили в сельский приход Новосибирской области. Его духовный авторитет был так велик, что к нему ходили люди из 30-ти окрестных сёл и деревень, несмотря на то, что там были свои храмы. Это раздражало безбожную власть.

Первый раз его арестовали в 1929 году. Освобождению батюшки помог его старый знакомый, который вместе с ним учился в Москве и к тому времени работал в МУРе. Он предложил ему оставить служение в Церкви и идти работать учителем, чтобы можно было содержать большую семью, но батюшка ответил: "Я пастырь, служу Богу, моя семья не пропадёт", и не прекратил служения. (Читала в др. источнике, что матушка вырастила всех детей)

19 января 1930 года батюшку арестовали вновь, а 20-го числа состоялся суд. По приговору тройки ГПУ 15 (28 н. ст.) февраля 1930 года батюшка вместе с иереем Иоанном Куминовым был расстрелян в город Каинск (ныне Куйбышево, Новосибирской области). На допросе ему опять предлагали отречься от веры и идти работать учителем, но он не принял этого. Последнее слово его было: "Верить в Бога - это есть людям радость и счастье. Это не значит, что я совершаю преступление".

В то время составлялись планы по уничтожению лучших русских людей, и по России запланировано было в эти дни расстрелять 24 тысячи 300 человек. С 1 января по 2 марта 1930 года было расстреляно 28 тысяч 700 человек, в число этих мучеников попал и отец Михаил. На фотокарточке батюшки, полученной его дочерью из архива КГБ, значится номер 28337.

Священномученики иереи Михаил Пятаев и Иоанн Куминов канонизованы как местночтимые святые Омской епархии в 1999 году.

Причислены к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.

http://www.ispovednik.ru/zhitij/feb/feb … uminov.htm

0

155

Стихи её, может, и несовершенны, но точно- искренние, идущие от сердца! (V.)

          Послушница Анна "Молитва ко Творцу"

  "Плач души припадающей к ногам Христовым"

Обрати, обрати о Божественный Учителю, Лик Свой прекрасный на создание Свое к ногам Твоим преклонившееся, стопы Твоя лобызающее и со слезами Тебя зовущее.
Опусти, опусти взор Свой светлый, Иисусе, в душу мою холодную, навстречу теплу Души Твоей открывшуюся.
Посмотри, посмотри Спасителю мой на раны и язвы мои сердечные, на сердце болезнию истомившееся, грехом пораженное, да исцелеют они от ласкового взора Твоего любящего.
Прикоснись, прикоснись Христе мой рукою Своею нежною к плоти моей страстной, дух поработившей, да содрогнется она и да усмирится, почувствовав прикосновение Безстрастного Владыки.
Устами Своими Пресладкими, изреки для меня кающейся прощение желанное и напитай меня Словами Божественного утешения. Да перейдя от сей временной жизни к вечной, неизменно обрящуся у Пречистых и Святейших ног Твоих во Царствии Твоем. Аминь.

  "Моя молитва"

Свежий ветер колышет деревья,
Спит в тумане Успенский Собор.
Пред иконою тихое пение
Совершает монашеский хор.
Утро раннее, утро блаженное –
Все наполнено теплотой
Утро светлое, совершенное
Дышит дивною чистотой.
Даруй, Господи мне прозрение,
Чтоб я зрела сию чистоту.
Даруй, Милостивый, незабвение,
Чтоб запомнила святость сию.
Подай, Господи, покаяние,
Что очистит мою срамоту.
Даруй, Господи, одеяние,
Что прикроет мою наготу.
Я пришла совершить поклонение.
Я пришла покориться Тебе.
Даруй, Отче Всещедрый, моление,
Чтоб душой обратиться к Тебе.
Пресвятая моя Богородица,
Пред иконой Твоей я стою.
Не отвергнись меня о, Царица,
И услыши молитву мою.

  "Путь к Богу"

Путь к Богу труден и тернист.
Он узок - миру неудобен.
Но он так светел, тепл и чист,
И главное, Спасителю угоден.

Другой - широкий путь. Он кажется сперва
Красивым, легким, часто безупречным.
И в сеть его попав, беспечная душа
Не сможет миновать мучений вечных.

И все ж, какой мне путь избрать?
На первом - удержаться трудно.
На милость Божью нужно уповать.
Ее Он подает просящим неоскудно.

Итак, держись душа, ни шагу без Него.
Как сможешь ты идти, опоры не имея?
Без доброго Христа уйдешь ли далеко?
Ему молись, страдая, трепеща и веря.

  "Уж белый снег"

Уж белый снег кружится за окном,
Стоят нагие и к зиме готовые деревья.
Природа засыпает мертвым сном,
И лишь душа моя боится омертвенья.

Она кричит и мечется в себе
И к Господу взывает час за часом:
«Господь, я так хочу прийти к Тебе!
Но страсти с ног сбивают раз за разом.

Спаситель мой, не дай к Тебе мне охладеть!
Призри на мя — я жажду Твоего спасенья!
Не так мне страшно телом умереть,
Как обрести душевное забвенье».

      "Воспоминание"

Как раньше я могла прожить без Бога
В Нем смысл бытия и все,
чем я живу . Так долго
Он стоял у моего порога

И ждал, что дверь души откроется Ему.
А я была глухой, немой, незрячей,
Не слышала, не видела Его,
Была овцой отбившейся, бродячей
Без пастуха, без стада своего.

Проходит время, и я многое забыла.
Уходят в прошлое недели, месяцы, года.
Не помню точно, как духовно я ожила,
Что делала, чего тогда ждала.

Но тихий в душу стук и нежные призывы,
Тот сладкий голос, теплые слова,
Что пробудили во мне добрые порывы
Останутся со мною навсегда.

                        ***

Помню твой густой туман,
О, Почаевская Лавра.
Ты стройна, как великан,
В нем закутавшись стояла.

В монастырской тишине
Слышно ангельское пенье.
Се монахи к небесам
Возносят свои моленья.

Небеса внимают им ...
Их молитва много может.
Что за сила дышит в них!
Помоги им Боже. Боже.

  "Нечаянная встреча"

Раньше сердце жило и не чаяло
О Почаеве, о Почаеве.
Сколько было в нем скорби, отчаянья,
Сколько к миру греховной любви.

А теперь мое сердце растаяло:
Вспоминает святыни Почаева,
В Лавре светлые дни проведенные,
Эти теплые, дивные дни.

Неземная, Святая, Небесная,
О, сколь долго мне неизвестная,
Ты живи во мне, Лавра Почаевская,
И обитель в душе сотвори.

Помолитесь о мне, преподобные
Святы Иове, Амфилохие.
Когда в мире сем одиноко мне.
Возношу к вам молитвы свои.

К чудотворной иконе Почаевской
Вереницей паломники тянутся,
После встречи моей с ней нечаянной
Так зовет она, манит к себе.

Цельбоносной стопой исцеленная
И водой от нея напоенная,
Чувством к Богу душа наполненная
Благодарна сей чудной горе.

Так гряди же ты, Лавра Почаевская,
Помогая болящим и страждущим.
И, быть может, за помощью этой
Я приеду однажды к тебе.

  "В пещерах Киево-Печерской Лавры"

Дрожащими руками
Хватаюсь я за стены.
Высокие ступени
Уходят вглубь под землю.

Как передать словами,
Что чувствует душа,
Когда в сырых пещерах
Находится она.

Печерские подвижники.
Отцы многострадальные.
Лежите неподвижно вы –
Спокойные, печальные.

Иду по указателям,
Читаю имена.
Ступаю еле слышно,
Почти что не дыша.

В руках свеча зажженная
Гробницы освещает,
Нетленные десницы
Меня благословляют.

Все мысли разом замерли,
Вся суета забыта.
Лишь губы повторяют
Слова святой молитвы ...

И в тишине святые
Молитве сей внимают
И чувством утешения
Мне душу наполняют.

  "У святых мощей"

Я подошла к мощам благоуханным,
К отцам богоугодным и святым
И сердце мое гордое сказало.
«Тела их бездыханны, холодны.

Они уснули крепким сном навеки.
Чем могут мертвые живущему помочь .
Они теперь всегда под властью смерти,
Покровом их своим укрыла ночь.

Во власти их теперь одно забвенье,
Уста их сомкнуты, недвижны и немы.
Как могут дать тебе - такие - наставленье,
Нарушить воцаренье тишины?

Но мысль вдруг пробегает быстрой тенью:
«Ты думаешь, что зде лежащие мертвы?!
Они вкушают вечной жизни наслажденье,
Ну а уж кто здесь мертв, так это ты.

Какое могут дать ти вспоможенье?
Ужели этого не разумеешь ты?
Они способны вымолить спасенье
Для грешной, погибающей души.

Ты обратись, дитя, отбросив все сомненья,
И сердце свое гордое смири,
Поплачь и попроси у Господа прощенья
За то, что не поверила святым».

  "Святителю Феодосию и Преподобному Лаврентию Черниговским"

О, светлый, дивный град Чернигов!
За чудо, явленное мне.
За все, что дал ты мне увидеть,
Как благодарна я тебе!

За то тепло, то вдохновенье,
Что родились в душе моей,
Когда вняла благоговейно
Благоуханию мощей.

В дыханьи том все растворилось
Любовью светлой, неземной,
И сердце тихо умилилось
Отцовской святости живой.

Сей аромат неповторимый,
Незнамый мною никогда,
Но неземной движимый силой –
Он будет помниться всегда.

  "Новомученникам и исповедникам Российским"

Вы - Богом избранные праведники!
Для нищих духом наставники, Православной веры хранители,
Вражьих сетей разорители,
Всех верных вы укрепители,

Сидящим во тьме просветители. Неутомимые вы молитвенники.
Вы - покровители и защитники.
Вы - Царства Божиего наследники,
Вы - новомученики и исповедники!

  "Передо мной исповедальный аналой ..."

Передо мной исповедальный аналой
И в облачении священник, Богом
данный.
Вокруг народ, собравшийся толпой, -
Прощенья миг для каждого желанный.

Мне в ожиданьи кузнецы погибельных страстей
Огромной цепью сковывают душу.
Смеются, издеваются над ней
И душат оную, невыносимо душат.

Неистово кричат: «Зачем сюда пришла?!
Здесь не ищи себе успокоенья!
Кого-то может быть и разрешат,
Себе же ты не вымолишь прощенья!»

Глазами в пол вперившись от стыда,
Я делаю последний шаг вперед посильный.
Склоняюсь к аналою чуть дыша
И замираю под епитрахилью.

Душа, бесчинствам собственным внемля.
Стесняясь, их чуть слышно излагает
И чувствует, как трепетно, любя
Над нею иерей молитвенно вздыхает.

Евангелие мокрое от слез,
А им конца и края все не видно.
Ах, сколько, принимая Богом данный крест,
Его, не выдержав, бросала - как обидно!

И вот, от лицезренья множества грехов,
От всей своей ничтожности сознанья.
Из-под гнетущей тяжести оков
Возносится к Спасителю рыданье.

Но близится развязка тяжкой муки сей.
И надо мною гласу тихому внимаю:
(Что может на земле быть этих слов милей?)
«Я - недостойный иерей ... Прощаю, разрешаю...»   

  "Наедине с душой"

Что не желаешь ты, душа моя, молиться?
Желаешь ты, да только силы нет?
Ведь как хотела со Христом соединиться,
А думаешь, что выхода уж нет!

Ты Бога для себя сама закрыла –
Паденьями, греховностью своей.
И удивляешься: «Чего же я остыла?»
Но будет еще хуже, холодней!

Ты посмотри! Ну на кого похожа!
Горда, несдержанна, полна пустых речей.
Не образ Божий, а свиная рожа!
Валяешься в грязи среди страстей!

Что? Не понравилось тебе такое обращенье?
Задело самолюбие твое?
И как себе ты вымолишь прощенье,
Коль для него не хочешь сделать ничего!

Пора, пора тебе давно уж пробудиться!
Иль думаешь, что много времени дано?
Смотри! Жизнь может каждую
секунду прекратиться,
А там - что заслужила, то и суждено!

"Оправдание"

Чтобы людьми не оказаться обличенной,
Когда бывает в чем-то не права,
Моя душа безумно, увлеченно
Скорей стремится оправдать себя.

Как бесконечно много прилагаешь ты старанья,
Чтоб оправдаться перед всеми и во всем.
Душа моя, найдешь ли оправданье,
Когда предстанешь на суде перед Христом?!

  "Ты - мой Бог! "

Я за Тобой, как за широкою оградой,
Я за Тобою, как за каменной стеной.
Я лишь Тобой мучений избегаю ада,
Ты просвещаешь ум, порабощенный тьмой

Я чувствую, что Ты один со мной,
Что Ты везде идешь со мною рядом.
И если даже обойду весь шар земной,
Меня Ты всюду обнаружишь взглядом.

От сего ока мне не скрыться никуда,
Но знать об этом — величайшая услада.
Ведь Ты — мой Бог, и лучшая награда —
Быть пред лицем Твоим повсюду и всегда.

  "Предательство Иуды"

Две тысячи годов прошло, как в Палестине
Вокруг Тебя ученики во множестве толпились,
И за Тобою был всегда идти готов
Иуда — близкий из Твоих учеников,
И начало за мир Твои страданья
Предателя Иуды целованье.

И много времени прошло с тех пор уже,
Но вот, себя учеником Твоим считая,
Предателя я зрю в своей душе,
А как хотелось думать, что святая!

Ты говоришь: «Приди, дитя, ко Мне»,
Спасенье, жизнь, блаженство предлагая,
Но я не слышу, я внимаю лишь себе,
Твои слова в безумстве отвергая.

Казалось, просто бы - душа, поверь Христу!
Но каждый раз Тебя грехами распинаю
И нозе, руце пригвождаю ко кресту
И остро копие в ребро Твое вонзаю.

Своею кровью искупаешь Ты мой грех,
Любовью лечишь все душевные недуги,
Но, пряча каждый раз сребреники в мех.
Таю в себе предательство Иуды.

  "Вопросы и ответы"

Спросили меня давеча подруги:
«Где на земле ты чувствуешь тепло?
Скажи нам без утайки, что ты любишь?
Что для тебя приятнее всего?»

Ответы на вопросы эти знаю,
И рассказать об этом мне легко.
Но вид я сделала, как будто вспоминаю,
И не нашлась ответить ничего.

Затем себе сама внутри я отвечаю.
Ведь знаю, не поймут они меня.
Покрутят пальцем у виска, осудят, осерчают,
И будут рассуждать, что я сошла с ума.

Что будут думать, если я отвечу,
Что для меня теплей нет места на земле,
Чем место, где покроет голову и плечи
Епитрахиль священника на мне.

Что для меня главнейшая отрада
Стоять перед Евангельем и пред крестом,
Что нет приятней запаха чем ладан,
И трепетнее звука нет, чем колокольный звон.

  "Враг шепчет"

Враг шепчет: Верь себе - не будешь ты в пролете.
Я верю и взлетаю на свою беду.
Но получив ранение на взлете,
Я опускаю крылья на лету.

И подо мной лишь бездна, что вот-вот проглотит.
О, помоги мне, Боже, избежать сей пустоты!
Ведь птица, крылья опустившая в полете.
Стремиться вниз с огромной высоты.

                            * * *
Бог создал нас по Своему подобью
И образ Свой нам дал носить в себе.
Но мы - созданья - от Творца отходим,
Пречистый образ замарали во грехе!

О человек! Неблагодарное творенье!
Ты любишь жить в довольстве, веселясь, шутя,
И невдомек тебе, что этим повеленьем
Бесстыдно попираешь ты создавшего тебя!

А за тебя Христос принял столь тяжкие страданья!
Он был безвинен, и Ему хотелось жить.
И не было в Нем грешного желанья,
Он места не имел главу где преклонить.

Ужель не вразумлен ты чистым сим примером?
Ужель не понял ты, что жизнь без Господа пуста?
Питаешь душу ты иллюзией, химерой
Вместо спасительных и кротких слов Христа.

  "Страшный Суд"

Земля, земля... На что ты нам дана?
Твои предназначения давно уже забыты.
В себе хранишь от века ты умершие тела
До Страшного Суда - последней величайшей битвы.

Уже не за горами этот грозный час,
Когда все тайны и печати будут вскрыты.
Когда предъявят дела жизни каждого из нас
И лягут книги перед судьями раскрыты.

Повержен будет всякий к их ногам
И станет жаждать оправдания, защиты.
Блажен же тот, чей путь пред Богом прав,
Чьи прегрешенья верою останутся покрыты!

Но тем, кто Бога променял на гордость и успех,
Кого влекла при жизни временная сладость, -
Им помянется даже самый малый грех.
Что почитался за обыденную шалость.

  "Когда"

Когда холодный снег всю землю покрывает,
Меня, Господь, Ты теплотой Своей согрей.
Когда все птицы с севера южнее улетают,
Ты возврати меня на путь стези Твоей.

Когда вдруг тьма мое сознанье затмевает,
Ты светом ее, Господи, развей.
Когда унынье мое сердце убивает,
Ты оживи его по милости Своей.

И если я бываю как предатель,
Ты, преданный, прощения подажь душе моей.
Когда же в день печали призову Тебя, Создатель,
Ты не презри меня, услышь меня скорей!

  "Ответ отчаянью"

А чувство благодатное ушло.
Тепло животворящее остыло.
Отчаянье, откуда ты пришло?
Зачем ты мою душу посетило?

Ты видишь все мучения мои,
Ужель в них удовольствие находишь?
Передо мной сжигаешь все мосты
И всю меня печалию изводишь.

Не видно света, все - кромешный мрак
Вокруг одно замкнутое пространство,
Бреду едва живая, кое-как,
Но не замру в смертельном реверансе.

Исчадие погибели, смотри!
И не считай себя непобедимым!
Живая вера может мя спасти,
Отец и Сын и Дух в лице едином!

http://www.pochaev.org.ua/?pid=1548

+3

156

+1

157

Get Adobe Flash player

+2

158

ставлю ссылку на сайт отца Эльпидия о котором писала раньше, думаю Вас удивит тот труд, который и архимандрит и его помошники вложили в постройку 5ти сиротских домов. русский перевод неплохой. Когда я читаю сайт на греческом, у мен/ душа сжимается

    Потому что никто из нас не может оставаться равнодушным, зная, что много сирот и обездоленных детей в странах третьего мира и особенно в Африке:

    Нет им  покоя, и бродят по улицам пустынным и без родителей и дома, чтобы защитить себя. Земля им кровать и небо, покрывало
     Много раз крылатые муравьи едят на обед, потому что нет ничего другого

     Без доступа к образованию, поэтому нет необходимых блокнот и карандаш для поступления в школу
   
     Ежедневно умирают от малярии, потому что есть таблетки для сохранения
     
     И испытывают большую опасность  от мастеров, в темные ночи ищущих, чтобы найти детей-сирот, чтобы принести их в жертву магические ритуалы
     
     Они живут в суровой реальности языческой религии, что делает их жить под самыми невероятными жизни

Мы решили объединить наши силы во имя Бога любви, Господа нашего Иисуса Христа, чтобы создать глобальное общение любви и сострадания, целью которого является дать столько детей-сирот и детей из бедных семей в радости и надежды лучше завтра!

Это, как православного миссионерского братства "Свет Христа", которая является неправительственной организацией, некоммерческим, основанных на острове Родос.

http://www.foschristu.gr/images//paidi_mirmigkia.jpg                                           http://www.foschristu.gr/images//sisitis_front_mirmigia.jpg

. Когда наступает полдень, и у вас нечего есть, то крылатые муравьи-лучшее решение. После проливных дождей, что они находят  муравьинные  гнезда, огромное количество детей и взрослых,  и начинают есть с булимией эту инновационнуюпищи. . Для этих детей организовано через некоторое время богатые питательными кухне суп с большим количеством мяса, риса и бананов.


http://translate.google.ru/translate?sl=el&tl=ru&js=n&prev=_t&hl=ru&ie=UTF-8&eotf=1&u=http://www.foschristu.gr/

+3

159

Редактирования нет, поэтому дам описание видеоролика выше тут: " Херувимская песнь знаменный распев гармонизация Монахиня Иулиания (Денисова) "

0

160

Афонские старцы

+2


Вы здесь » ЗНАКИ ИСПОЛНЕНИЯ ПРОРОЧЕСТВ » История и сущность Православия » О Православии с любовью.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC